.RU

Издательский Дом " бaxpax м"




А.Ю. АГАФОНОВ

ЧЕЛОВЕК КАК СМЫСЛОВАЯ МОДЕЛЬ МИРА

пролегомены к психологической теории

смысла

Издательский Дом

"БAXPAX - М"

2000

содержание

ББК88

А 23

#а.у чные реценз£нтьг:

доктор психологических наук, Президент Санкт - Петер­бургского отделения Российского психологического обще­ства, профессор В.М. Аллахвердов (г. Санкт - Петербург); доктор психологических наук, член - корреспондент РАО, профессор В.А. Петровский (г. Москва).

^ А 23 Агафонов А.Ю.

Человек как смы(шовая модель мира. Пролегомены к психологической теории смысла. - Самара: Издатель­ский Дом "БАХРАХ - М". 2000. - 336 с.

JSBN5-#9570-012-#

В данной монографии рассматриваются фундаментальные про-блемы психологии: онтология психического, работа сознания, феномен понимания, природа человеческой памяти, психическая интерференция. Из какого материала строится психическая реальность? Как и при ка­ких условиях происходит познание мира? - Эти и другие вопросы обсу­ждаются на с^1раницах данной книги. Автор убежден, что ведущая роль в психическом отражении действительного мира принадлежит созна­нию. Поэтому сознание, в котором заключена специфика человеческой психики, является одной из центральных тем данной работы. Книга написана для методологов, философов, психолингвистов, преподавате­лей психологии и студентов психологических факультетов, а также для всех тех, кто увлечен стремлением разгадать тайну человеческой психи­ки.

ISeN5-89570-012-$

© Агафонов А.Ю., 2000 © Предисловие. Аллахвердов В.М., 2000 <Й Оформление. Издательский Дом ||^ БАХРАХ - М", 2000.

СОДЕРЖАНИЕ

предисловие 4

от автора 7

благодарности 12

введение 14

часть 1. проблема определения единицы анализа в психологии 18

Глава 1. История выбора единиц анализа психического 18

^ Глава 2. Принципы определения единицы анализа психического 43

Глава 3. Смысл как единица анализа 53

часть 2. смысл, сознание, понимание. 60

Глава 1. Содержательный анализ понятия "смысл" 60
^ Глава 2. Смысловая природа психического:

основоположения и обоснования 70

Глава 3. Память как интегратор смыслового содержания психики 130

  1. Память в отношении к психическому времени 143

  2. Парадокс забывания. Доказательство тотальной сохранности

мнемических следов. 173

^ Глава 4. Загадка происхождения сознания в антропогенезе 187

Глава 5. Модели сознания 199

5.1. Сознание как мультипликативный самоинтерпретирующийся текст 219

^ Глава 6. О механизме психической интерференции 239

Глава 7. Феномен понимания 250

  1. Специфика понимания в мыслительном контуре 275

  2. Мышление: парадокс "реминисценции" понимания. Рефлексивный контур. 284

часть з. методы психосемантического исследования 295

^ Глава 1. Психологические методы 296

Глава 2. Психофизиологические методы 302

часть 4. бессмысленность смерти в Зазеркалье понимания

(поэтические медитации) 310

заключительное слово 328

именной указатель 331

1. 3

предисловие

предисловие


ПРЕДИСЛОВИЕ

В одном из романов К. Воннегута робот - путешественник, везущий приветствие из одной Галактики в другую, попадает в аварию и оказывается на одной из планет Солнечной системы. Ему срочно нужна некая деталь для починки космического ко­рабля. И робот находит способ сообщения своим коллегам, ка­кую деталь необходимо срочно прислать. На планете Земля он создает цивилизацию, которая порождает необходимый сигнал, построив Вестминстерское аббатство, Великую китайскую стену и Московский Кремль... Забавная история? О, нет! - восклицаем мы, не может быть, чтобы жизнь человечества была столь бес­смысленной.

И все же Воннегут даже более оптимистичен в описании смысла бытия, чем современная наука. У него хоть есть какие-то Галактики, которые способны принять и понять сигнал. А наука ничего не знает о существовании других цивилизаций и рас­сматривает человека с его страстями и убеждениями, верой и надеждой как случайное образование. Никакое стремление к истине, добру и красоте, утверждает наука, не предохранит ни одного человека от смерти. И все человеческие свершения, во­площенные в камне, в книгах, в технических конструкциях, в конце концов тоже исчезнут вместе с Солнечной системой и Все­ленной. Так зачем же люди столь упорно ищут смысл жизни?

В предлагаемой вашему вниманию книге А.Ю. Агафонова дается, на мой взгляд, ясный ответ. Человек обречен на поиск смысла, потому что его сознание соткано из смыслов. И эти смыслы мы самостоятельно и произвольно созидаем. В этом приписывании смысла всему - себе, миру, даже самому смыслу -заключена великая свобода человеческого сознания. Мы сами вольны выбирать, каков смысл мира, добрый мир или злой; са­ми призваны отвечать на вопросы: кто есть Я, зачем живу на этом свете? А поэтому и отвечаем перед собой и другими за вы­бор созданных нами ответов. Как показывает автор, эти вопро­сы совсем не так давно стали предметом обсуждения в современ­ной психологии. На поиск смысла направлены многие психоте­рапевтические техники.

4

А.Ю. Агафонов, однако, ориентирован не столько на практику, сколько на теоретический анализ возникающих при данной интерпретации проблем. Как человек способен узнать, что он вспомнил именно то, что забыл - ведь не может же он помнить забытое? Как вообще работает память, если она опира­ется только на смысл того, что запоминает? А как человек узна­ет, что его посетила новая и удачная идея - он заранее знает, ка­кая идея должна его посетить? Автор внимательно рассматрива­ет различные эксперименты, обсуждает возможные методы ис­следования. И зачастую находит оригинальные решения слож­нейших головоломок.

Психология вступает сегодня в новый век. Однако поло-

i шие дел в психологии мало кого устраивает. Все более в про­шлое уходят концепции В. Вундта и 3. Фрейда, Д.Н. Узнадзе и Д.Н. Леонтьева. Кто и с чем придет к ним на смену? Психология «дет новых открытий и новых теорий. И я не удивлен, что эти теории прежде всего возникают в России, которая явно пережи­вает нечто подобное эпохе Возрождения. Вспомните Ренессанс в Италии: политическая ситуация отвратительна, лидеры один хуже другого, нравственные ценности осмеиваются, атмосфера насыщена гнусностью, продажностью и убийствами. И на фоне этого творят такие универсальные гении, как Леонардо и Кар-дано. Может быть, это предчувствие возрожденческого универса­лизма побуждает Андрея Юрьевича Агафонова смешать в одной книге как жесткие логические конструкции (в тексте они прямо фиксируются: аксиома - следствие), так и описание естественно­научных экспериментов. Но при этом он откровенно ориенти­рован на гуманитарный способ рассуждений, а в завершение еще и поднимает свой поэтический бокал.

Автор хорошо понимает неустранимость субъекта из лю­бой человеческой деятельности, в том числе и научной. И спра­ведливо отмечает субъективные компоненты в любой теории. Но все же не настолько же!.. Да, подлинно научные теории ни­когда не бывают абсолютно правильными. Да, ученый не явля­ется носителем абсолютной истины. Но все же он направлен на поиск истины, неизбежно претендует на приближение к ней. По-

1тому Агафонов лукавит, когда заявляет, что, мол, абсолютно неважно, являются ли его теоретические построения верными. Согласен, каждый автор должен сомневаться в своей теории -

5

предисловие

от автора


иначе он не сможет ее совершенствовать. Но каждый автор од­новременно обязан незыблемо верить в свою концепцию, иначе он не сможет ее созидать.

Надеюсь, что читатель не только/получит удовольствие от встречи с концептуальными построениями талантливого моло­дого ученого А.Ю. Агафонова, но и сможет в них поверить.

Доктор психологических наук, заве­дующий кафедрой "Общая и экспери­ментальная психология" факультета психологии СПбГУ, Президент Санкт -Петербургского отделения Российско­го психологического общества, про­фессор В.М. Аллахвердов

^ САМОМУ ТЕРПЕЛИВОМУ,

САМОМУ ДОБРОМУ, САМОМУ
МУДРОМУ ЧЕЛОВЕКУ НА СВЕТЕ,
МОЕЙ ДРАГОЦЕННОЙ МАМЕ -
АГАФОНОВОЙ ЛЮДМИЛЕ

АЛЕКСАНДРОВНЕ, НАУЧИВШЕЙ МЕНЯ БЫТЬ ПАТРИОТОМ СЕБЯ, ПОСВЯЩАЮ ...

^ ОТ АВТОРА

Замысел настоящей работы созревал в течение последних цесяти лет. Еще будучи студентом факультета психологии Санкт ■ Петербургского Госуниверситета, я озадачил себя следующими аопросами: "Почему люди, рождаясь в уже готовом лингвисти­ческом мире, сплошь и рядом друг друга не понимают, ведь сло­ва языка имеют свои словарно закрепленные значения? Если за каждым словом, за каждым языковым выражением у каждого человека лежит свой неповторимый смысл ("яблоко" для ребен­ка, для агронома и художника имеет различную побудительную силу, качественно различный аксиологический и эстетический вес, принципиально различную семантику), то почему, все - та-ки, понимание между людьми достижимо?" Интерес к подобного рода вопросам побудил меня обратиться к семиотике и психо­лингвистике. Определенным итогом осмысления проблемы приема и переработки знаковой информации человеком явилась моя дипломная работа1. Я легкомысленно полагал, что ответ на* вопрос: "Как люди понимают друг друга и самих себя, в то вре­мя, когда выражение мысли или чувства всегда есть нечто совсем другое, чем эти мысли и чувства?", с течением времени, пусть даже не в праздничном одеянии, а, как выразился бы Р. Музиль, "в нижнем белье моего сознания", наконец, обнаружит себя, что, без сомнения, даст уверенность обладания ключом ко всем за­гадкам человеческого мира. Позже я понял истинный смысл ге-раклитовского изречения: "Многознание уму не научает". По-

'Агафонов А.Ю. Особенности организации психосемантического про­странства в процессе переработки знаковой информации (психофизио­логический аспект). Дипломная работа. СПб., 1994.

7

от автора

нять, что такое понимание, когда и как оно выполняется, и если не выполняется, то почему, совершенно невозможно, если ты занимаешь по отношению к Знанию потребительскую позицию, ожидая, что количество знания перерастет в качество понима­ния. Любое приращение знания не дает возможности понять то, что может совершиться единственный раз в единственном месте, а именно - в твоем сознании. Любое открытие, в том числе и научное открытие, представляет собой озарение, которое пере­живается человеком как внутреннее потрясение, как откровение, как момент предельной жизнеспособности сознания. Тайна умо­постижения сути вещей не может быть разгадана исходя из ко­личества того знания, которым человек обладает. Иначе говоря, я не усматриваю тесной корреляции между объемом накоплен­ного знания и способностью к нетривиальному пониманию, то есть способностью к такому пониманию, которое единственно и допускает рождение новых идей. Движение в лабиринтах знания исключает в том числе и возможность понимания того, что есть понимание. Всякий, кто надеется найти Истину, Смысл, Пони­мание в Текстах и Людях, рано или поздно будет разочарован, так как это те вещи, которыми можно обладать только моно­польно и которыми при всем желании нельзя поделиться. Одна­ко, страстно желая найти в себе нечто подлинное, настоящее, безусловно ценное, человек вынужден, независимо от выбранно­го пути, идти к этому через Мир.

Все, что человека по-настоящему мучает (естественно, в интеллигибельном плане), превышает наличные возможности его разума, (хотя, кроме разума нет иного инструмента понима­ния). Но еще более накаляет трагическую спираль познания то обстоятельство, что только на этой волне ни-чем не устранимого напряжения человек поднимается над своей собственной твар-ностью. Во всяком случае, по моему глубокому убеждению, чем больше человек способен задаваться вопросами, не имеющими окончательных ответов, ясно осознавая иллюзорность всякой попытки, и, вопреки всей очевидной абсурдности, не прекра­щать поиски возможных решений, тем больше в человеке Чело­века.

Как известно, с удивления начинается любовь к мудрости. На мой взгляд, теоретическая психология существенно отстает в своем развитии от той сферы психологического знания, которая

8

от автора

традиционно проходит по ведомству "прикладная психология". Не могу ничего сказать относительно того "губительного" по-кения дел в физике, которая испытывает дефицит сумасшед­ших идей, но то, что психология перестала удивлять (пожалуй, после явления Фрейда), - есть неоспоримый факт. Изучая психо-Гогию по существующим учебным пособиям и руководствам, любой студент, имеющий поползновения в сторону мысли, го-ТОВ согласиться с тем, что нарисованная в них картинка ото.бра-i устройство чьей угодно психики, но только не его. "Я не у быть так примитивно устроен". "Моя бессмертная душа не ет быть препарирована никаким самым точным измери-вльным инструментом". Вот естественная реакция тех, которые е согласны понимать свою психическую конституцию в соот-етствии с постулатами и предписаниями "классической" психо-)Гии'. Каждый, кто осознает пробелы в существующем знании, кто имеет необходимые интеллектуальные ресурсы, а самое иное, эмоциональные силы, претендует на создание своей •ли человека. В этой связи психоанализ - это описание жиз-■нного случая Фрейда, "индивидуальная психология" (в аспекте 5ории) - рассказ Адлера о собственном опыте, юнгианский Мхоанализ - путевые заметки, описывающие странствия авто-I теории "коллективного бессознательного" в архетипические Щры. Любая психологическая теория отражает, в первую оче-Щ>, собственный опыт автора. В той или иной степени это по-|ствование о собственной психической организации. Парадок-iii.ho то, что субъект исследования и есть в данном случае, в Мимом обобщенном виде, предмет исследования2. По этому по->ду очень красноречиво высказался Юнг: "Никогда не забы-Щте о том, что в психологии средство, с помощью которого вы

Г пример, хотя и в гипертрофированном виде, иллюстрирующий

ггующие до сих пор взгляды на природу человека: "Человек - это

РГомат, воспринимающий, перерабатывающий и отдающий во вне

■формацию." (Н.М. Амосов. Моделирование мышления и психики.

■ц.-н, 195.-С. 164.)

) свое время Кант признавался, что он не испытывает необходимости

исидать пределы Кенигсберга с тем, чтобы выполнить свою жизнен-

■Ю задачу. Чтобы сделать разум объектом критики, Канту было дос-

|точно в полной мере обнаруживать разум (да еще какой разум!) в

Щ. '

9

от автора

от автора


судите о Psyche и наблюдаете за ней, это сама Psyche. Слыхали ли вы когда-либо об ударяющем по самому себе молотке? (К этому интересному образу мы вернемся при обсуждении про­блемы сознания. - А.А.) В психологии объектом наблюдения является сам наблюдатель. Psyche - не только объект, но и субъ­ект нашей науки. ...Наибольшее, чего мы можем ожидать, - это, чтобы каждый открыл свои карты и признал: "Я обращаюсь с вещами таким-то и таким-то образом, а вот такими я их вижу." После этого мы можем обменяться впечатлениями."1 В отечест­венной психологии данную позицию разделяет Ю.Б. Гиппенрейтер2.

Настоящая работа - есть робкая попытка описать в самых главных чертах тот психический организм, который в наиболь­шей степени соответствует моему собственному, и, следователь­но, смею самоуверенно надеяться, скорее в большей, чем мень­шей степени психической организации других людей. Я слиш­ком высоко ценю свои умственные способности, чтобы иметь претензию занять место в одном ряду с корифеями психологиче­ской мысли. Поэтому заранее предупреждаю все сомнения отно­сительно моего психического здоровья. Хотя, несомненно, в чем-то я осознаю себя диссидентом, а, значит, свое собственное слово мне слышится звучащим более громко, нежели все сказан­ное доселе.

Увлечение философией Гераклита Эфесского, незабывае­мые лекции Льва Марковича Веккера, Владимира Александро­вича Ганзена, Владимира Валентиновича Лоскутова стали тем идейным руслом, которое определило движение моей, во многом недоразвитой, неполноценной, со множеством легко обнаружи­ваемых дефектов мысли; мысли, в силу того, что это все - таки моя мысль, горячо мною любимой и на которую, как на собст­венное взрослеющее и крепнущее чадо, я возлагал и возлагаю какие - никакие надежды. Эти надежды прежде всего связаны с желанием, по крайней мере, попытаться понять, из чего постро­ен психический мир человека. Возможно, что ответ на этот во­прос не может быть получен. Само по себе это не страшно. И виной, и бедой моей оказалось бы то, что сам вопрос незаконно

поставлен, то есть неправомерен в пределах рационального зна­ния. Но влияние досократиков, которые с неповторимым в по­следующей истории философским азартом искали атомарные составляющие мироздания, уже мною едва ли преодолимо. Лю­бая рефлексия по этому поводу не может устранить бессозна­тельный контекст любого сознательного действия в моей науч­ной деятельности.

Данная книга писалась в течение девяти месяцев. И вот, наконец, новорожденный увидел свет. Пожелаю ему счастливой судьбы в читательском мире.

«Клетка пошла искать птицу.» Так говорил Кафка.

'Юнг К.Г. Тэвистокские лекции. Аналитическая психология: ее теория

и практика. Киев, 1995. С. 130.

2 Гиппенрейтер Ю.Б. Введение в общую психологию. М., 1996.

10

БЛАГОДАРНОСТИ

БЛАГОДАРНОСТИ

Вне всяких сомнений, за то, что данная работа состоялась, я, прежде всего, благодарен многочисленным студентам факуль­тета психологии Самарского Госуниверситета, чье лишенное интеллектуальной порочности, пытливое и, что так свойственно молодости, безрассудно - смелое любопытство, во многом сыг­рало решающую роль в исходе моей многолетней войны с собст­венной ленью. Надо думать, что вопреки (или благодаря?) поли­тическим и экономическим сложностям, отечественная психоло­гия будет обречена на развитие до тех пор, пока горят глаза лю­бопытствующих студентов.

Я премного признателен всем, кто оказал на меня идейное влияние и, прежде всего, студентам и преподавателям Санкт -Петербургского Госуниверситета, атмосфера которого сделала меня навсегда однолюбом. Нетрудно догадаться, что имя этой удивительной женщины - ПСИХОЛОГИЯ.

Я с удовольствием называю имена тех, чья идеологическая поддержка была для меня неоценимой. Это: Иммануил Кант, Фридрих Ницше, Франц Кафка, Мераб Константинович Ма-мардашвили, Владимир Александрович Ганзен, Лев Маркович Веккер, Виктор Михайлович Аллахвердов, Вадим Артурович Петровский.

Я выражаю благодарность ректору Самарского Государ­ственного университета, профессору Геннадию Петровичу Яро­вому за проявленную доброжелательность и оказанную им фи­нансовую помощь.

Большое спасибо Оксане Владимировне Лавровой за дру­жескую поддержку, оказанную во время работы над книгой.

Благодарю декана факультета психологии СамГУ Кон­стантина Сергеевича Лисецкого за проявленный интерес к моей работе.

Я испытываю приятную обязанность особо отметить грандиозную техническую работу, проделанную Еленой Бусаро-вой. То, что данный проект осуществился, во многом ее заслуга.

Я адресую слова огромной благодарности Вячеславу Ана­тольевичу Ковалеву, Наталье Андреевне Ахтиманкиной, Сергею

БЛАГОДАРНОСТИ

Петровичу Зиновьеву, Татьяне Алексеевне Чичкановой, Юлии I1 'рьевне Журавлевой, Роману Валерьевичу Жуковскому за фи-н.шсовую помощь в издании данной работы.

Вера моего сына в гений отца, вера, которая время от вре­мени явным образом себя обнаруживает, всегда окрыляет меня. Потгому я несказанно рад выразить свое уважение и призна-'слыюсть моему сыну, Илье Агафонову, который, надеюсь, в будущем ступит на ту территорию, что не успею освоить я.

Я более чем благодарен судьбе за то, что имею замеча-

•ельного брата, жизненная история которого есть хрестоматий-

1нн демонстрация позиции Л.Н. Толстого: "Делай, что должно -

И будь, что будет." Воспитательную роль, которую играет брат в

и жизни, трудно переоценить.

Ну и, наконец, я не могу отказать себе в желании поблаго-

Ирить свою жену Светлану Васильевну Агафонову за эмпатиче-

Ке слушание и эмпатическое молчание, за редкостную подлин-

: I, ее многолетнего Чувства, за ее терпение и личностную

тределенность, за те чудеса понимания, которым бы позавидо-

i любой профессиональный психотерапевт.

Я был бы рад получить отзывы и критические замечания

г всех, кому содержание настоящей работы показалось инте-

1ым в каком-либо отношении. Меня без труда можно обна-

ить по адресу: 443011 г. Самара, ул. Ак. Павлова, 1. Самар-

КИЙ Государственный Университет, факультет психологии. Те-

Чефон контакта: (8462) 345400, 597518. E-mail: agafonov @ ssu.

ватага, т.

«Отношение к ближнему - это отношение молитвы, отношение к себе - это отношение стремления, из молитвы черпается сила для стремления.» Так говорил Кафка.


12

13

ВВЕДЕНИЕ

"В силу того, что мы находимся в мире, мы приговорены к смыслам."

Морис Мерло - Понти.

"Я рассматриваю свой вклад в пси­хологию как собственную субъектив­ную исповедь. То, как я вижу психоло­гические факты, представляет собой мою личную психологию, мой пред­рассудок. ...Даже если со мной не со­гласен весь мир, мне это совершенно безразлично."

Карл Густав Юнг.

ВВЕДЕНИЕ

Для человека открыты только две возможности во-прошания.

Первый род вопросов, которыми задается человече-\ ский ум, имеет свои ответы. Сами ответы могут быть оши­бочными, считаться неубедительными, недостаточно пол­ными; это могут быть ответы на совсем другие, а не на по­ставленные вопросы, наконец, эти ответы могут принимать форму вопросов. Но так или иначе, вопросы первого рода по определению имеют свои ответы. То, о чем спрашивает человек в своей повседневной жизни в преимущественной степени является содержанием именно такого вопрошания.

Второй род вопросов никогда не получает оконча­тельных, удовлетворительных, успокаивающих сознание ответов, поскольку эти вопросы принципиально не имеют единственно возможных ответов, но, несмотря на это, они не теряют для человека своего глубочайшего смысла. Это предельный, граничный для нашего сознания способ само-обнаружения. Ф.М. Достоевский такие вопросы называл "проклятыми", а Д. Кришнамурти определял их как един-

ВВЕДЕНИЕ

I пенно "правильные"1. Определяющим свойством такого ia вопросов является невозможность отказа человече-ю сознания от попыток найти на них ответы. В этом 1ключается трагический парадокс сознания: человек спо­рен задаваться вопросами, ответы на которые требуют ИЛ, превышающих его познавательные ресурсы. Это от-етливо понимал И. Кант, который в предисловии к "Кри-ике чистого разума" отмечал, что "на долю человеческого

|зума в одном из видов его познаний выпала странная 1ьба: его осаждают вопросы, от которых он не может пониться, так как они навязаны ему его собственной иродой, но, в то же время, он не может ответить на них, К как они превосходят возможности человеческого разу-"J. Такие вопросы хорошо известны. Например: "В чем цел истории?", "В чем смысл жизни?", "Что такое мир?", то такое любовь?", "Что такое Я?" и т.д. Многовековая гория мысли есть перманентное стремление обнаружить 1еты на эти конечные вопросы бытия. И очевидно, что i (ценность человеческого сознания проверяется масшта-I результатов познавательного поиска. Проблемные во-■сы могут существовать только в человеческом созна-и. Только для человека они обладают притягательной Юй. Поэтому знание о том, что есть человек; для чего он ишел в этот мир и куда он уходит; что из себя представ-Ът человеческая психика; что такое сознание и какова Шь сознания в познании, даст нам "ключ ко всем загадкам шра". Недаром еще Протагор определил человека в каче-fBC "меры всех вещей".

В различных школах психологии предлагались свои

«рианты понимания загадочного феномена человека. Од-

1К0, по сей день проблема определения состава, организа-

ш| и функций психики является злободневной. Нет сомне-

р, что и спустя столетия (в случае, если человечество су-

ришнамурти Д. Восемь бесед в Бомбее в 1959 - 60 гг. М, 1992. С. 6. ит И. Критика чистого разума. Минск, 1998. С. 60.


14

15

ВВЕДЕНИ1

меет себя сохранить) эта проблема по-прежнему не потеря­ет своей актуальности. Человек - есть таинственный пара­докс, и его существование,всегда будет представляться за­гадочным1. Любая теоретическая конструкция, любая мо­дель структурно - функциональной организации психики, какой бы емкой и адекватной она ни представлялась авто­ру, не может отражать все богатство человеческих прояв­лений, поразительную сложность "микрокосма в макро­космосе". Теория может быть жизнеподобной, но никак не наоборот. Жизнь, в том числе, естественно, и психическая, не может уместиться в прокрустовом ложе любой, самой совершенной теории. Тем не менее, как было сказано, вся­кий, пытающийся понять логику работы психики, однажды поместив себя в пространство "правильных" вопросов, уже не свободен отказаться от поиска ответов, которые a priori, до своего появления, уже могут быть признаны временны­ми, и потому неудовлетворительными. Но только это соз­дает условия, стимулирующие дальнейший ход познания, только в этом случае возможен прирост знания, в том числе! и научно - психологического. Кроме того, познание являет-] ся самоценным и заключает цели, на которые оно направ­лено в самом себе. Иначе говоря, целью познания, в част-1 ности, психологического познания, является само позна­ние. "Поиск истины, - по мнению Лессинга, - значительно < ценнее, чем обладание ею"2.

На вопрос: "Как устроена человеческая психика?" не может быть получен инвариантный для всех спрашиваю­щих ответ. Как любой вид творческой деятельности, науч-| ное творчество глубоко личностно, глубоко интимно. В| конечном счете, научная психология - один из возможные путей самопознания. И если кому-то опыт предлагаемого данной работе пути покажется небезынтересным - это будет

ВВЕДЕНИЕ

Пору лучшей наградой и лучшим стимулом к дальнейше-пшжению.

В настоящей работе я не буду говорить о том, что

адиционно считают предметом психологической науки, а

т мраюсь (насколько это выйдет успешным, судить не

Ее) максимально точно интерпретировать собственную

||» о психическом мире человека.

«Путь бесконечен, тут ничего не убавишь и ничего не шыбавишь, и все же, каждый прикладывает к нему свой ШПСкий аршин. «Конечно, ты должен пройти еще этот ар-иин пути, это тебе зачтется.» Так говорил Кафка.

'Подробнее о парадоксальности психического см. Агафонов А. Ю.|

Homo Paradoxes: Штрихи к портрету. // В печати.

Щит. по: Эйнштейн А. Физика и реальность. М., 1975. С. 76.

16

И

ЧАСТЬ ft ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЕДИНИЦЫ АНАЛИЗА В ПСИХОЛОГИИ

История выбора единиц анализа психического

^ ЧАСТЬ 1. ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЕДИНИЦЫ АНАЛИЗА В ПСИХОЛОГИИ

Глава 1. ИСТОРИЯ ВЫБОРА ЕДИНИЦ АНАЛИЗА ПСИХИЧЕСКОГО

Историю развития психологии, по всей видимости, вполне оправданно представлять себе как непрерывный процесс поиска генетически первичных единиц анализа психического. Любая психологическая концепция, претен­дуя на роль научной теории, в явном или латентном виде включает в себя в качестве базового постулата положение о нередуцируемой, элементарной психической реальности, которая выступает не просто как предмет психологическо­го анализа, а именно как единица такого анализа. Следует отметить, что независимо от того, каким содержанием на­полняют предметную область психологии, в "потоке созна­ния" исследователей всегда можно уловить стремление к обнаружению первичных, неразложимых путем дальнейше­го анализа, своего рода атомарных психических состав­ляющих. Как справедливо указывают Н.Д. Гордеева и В.П. Зинченко, "осознанное выделение единицы анализа -признак методологической зрелости того или иного на­правления в науке, начало систематического построения теории"1. Несмотря на то, что далеко не всегда происходит осознание методологической значимости выбора единицы анализа, проблема определения исходных, неразложимых психических форм так или иначе возникала в каждом на­правлении психологической науки. И, соответственно, от того, как решалась эта проблема, зависели не только кон­туры той или иной теории, но, во многом, этим определял­ся и сам предмет психологии. Развитие научной психологи-

l\< 11, I^ . ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЕДИНИЦЫ АНАЛИЗА В ПСИХОЛОГИИ

История выбора единиц анализа психического
i мысли порой в течение нескольких десятилетий за-
ю от того, что принималось в качестве основопола-
jero системообразующего психического образования.
ю даже утверждать, что разрешающая способность
юй теории задается пониманием природы "первона-
психического. Представления о внутреннем мире че­
са, степени его когнитивной сложности и познаватель-
эесурсах обусловлены тем, что мы помещаем в основу
феномена человеческой психики. В связи с этим,
^логическим следствием обоснованного выбора того
1ного психического образования в качестве целостной
щы анализа является объяснение всего многообразия
психической активности человека, исходя из базового
жатического положения, фиксирующего выбор той
шой психической реальности в статусе элементарной
южимой единичной целостности. Еще

Рубинштейн указывал: "для того, чтобы понять мно-эазные психические явления в их существенных внут- взаимосвязях, нужно прежде всего найти ту "кле-f или "ячейку", в которой можно вскрыть зачатки всех «ентов психологии в их единстве"1. Поэтому методоло-:кое значение проблемы определения единицы анализа ю переоценить. И, думается, что от того, как будет гавлена и решена эта важнейшая для психологии про-tMa, зависит дальнейшее развитие научной психологиче-кой мысли, а, следовательно, и состояние психологии в Л веке.

В разное время на роль доминанты психического пре-ндовали: "ощущения", "образы", "акты сознания", "реак-", "рефлекс", "фигуро - фоновые отношения", "ассоциа-", "стимул - реакция" , "установка" , "действие" или "жи-движение", "схема", "переживание", "значащее пережи-1ние" и т.д. Каждая психологическая школа стремилась


'ГордееваН. Д., Зинченко В.П. Функциональная структура действия. М., 1982. С. 5.

18

убинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., 1946. С. 173.

19

^ ЧАСТЬ 1. ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЕДИНИЦЫ АНАЛИЗА В ПСИХОЛОГИИ

История выбора единиц анализа психического найти свою уникальную "клеточку" психического. И не случайно замечено, что противоречия между различными теоретическими системами наиболее ярко обнаруживаются именно при обсуждении характера единицы анализа1. Не смотря на многочисленные варианты решения, проблема выделения единицы анализа психики по сей день является исключительно важной. Невозможность решить эту важ­нейшую методологическую задачу в течение нынешнего столетия ни коим образом не делает бессмысленным про­цесс дальнейшего поиска. Сами по себе попытки найти приемлемые решения проблемы единицы анализа при лю­бом исходе способствуют приращению научного знания, стимулируют ход идеогенеза. Развитие представлений от­носительно единицы анализа обогащает науку новыми экс­периментальными и теоретическими данными, помогая лучше понять многообразие проявлений психики. Здесь достаточно вспомнить, что вопреки нарочито ограничен­ному пониманию единицы анализа, в рамках гештальт -подхода было открыто множество закономерностей в об-| ласти психологии зрительного восприятия. Пониманию деятельной природы психического способствовали разра­ботки представителей американского функционализма. Бихевиоризм показал характер обусловленности поведения' человека физическим и социальным окружением. А психо-| анализ расширил наши знания о психике, предложив опи-1 сание природы и механизмов бессознательных процессов.! Все известные в психологии теории претендовали на пони-| мание существа человеческой психики в ее характерных,[ определяющих именно как человеческую, чертах; несмотря^ на то, что выбранные единицы анализа далеко не всегда| давали возможность экстраполировать полученные экспе­риментальные результаты, выявленные закономерности,!

Тордеева Н.Д., Зинченко В.П. Функциональная структура действия.| М., 1982. С. 5.

^ ЧАСТЬ 1. ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЕДИНИЦЫ АНАЛИЗА В ПСИХОЛОГИИ

История выбора единиц анализа психического

Ёнаруженные факты наблюдения и т.д., на всю феномено-гию психического. Но, несмотря на то, что выбирались шицы анализа, не отражающие характер всего психиче-:кого целого, в силу чего нарушался важный методологи-кий принцип, который можно назвать как принцип {решающей способности единицы анализа", достижения ; шчных направлений психологии, имевших порой ради-•льно отличные парадигмы, нельзя поставить под сомне­ние. Произвольность выбора исследовательских установок 1стбежна для научного познания, так как научная дея-Шьность не является обезличенной, это всегда деятель-ч' i ь, реализуемая субъектом познания, то есть живым i пиком научного творчества. Поэтому любая теория -ч :п, осуществление собственных индивидуальных пред-Швлений, убеждений, верований ученого; и сама теория (ределяется первоначальным, исходным выбором основа-III шализа изучаемого феномена. В силу этого ни одна ичологическая концепция, сколь универсальна бы она ни .1 II. не может не быть безгрешной. Помимо этого, вто-ым иажным обстоятельством, дающим право быть уве-Нным в том, что научная психология застрахована от а 1 нации, является, наверное, ясное для всех понимание ■О что теоретическая модель всегда огрубляет репрезен-фи'мую реальность. За рамками теории всегда остается JO-то, что не может быть формализовано в рамках одной ■орпи, имеющей свой понятийный аппарат. По меткому ыражению Аллахвердова В.М., психология как самостоя-Пьная наука находится в состоянии перманентного кри-Са1. Говорить о том, что психология переживает перма-ггный кризис, стало своего рода чуть ли не проявлением Ггеллектуального вкуса. Вот что, например, пишет I.M. Розин: "...Психологическая наука и отчасти практика

Цщахвердов В.М. Опыт теоретической психологии. СП б., 1993. С.


20

21

^ ЧАСТЬ 1. ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЕДИНИЦЫ АНАЛИЗА В ПСИХОЛОГИИ

История выбора единиц анализа психического переживают перманентный кризис... Необходимы усилия для переориентации психологической мысли, а это .. пред­полагает критическое отношение к истории и сегодняшним тенденциям развития предмета психологии."1 Надо при знать, что научная психология в нынешнем ее состоянии представляет собой "многоквартирный дом с очень шатким фундаментом"2. До сих пор не утихают споры относительно того, чем, собственно, является психология: искусством, самостийной сферой знания или же наукой. А если наукой, то какой: естественной или гуманитарной? В.М. Аллахвердов убежден, что психология должна стро­иться по образцу великих естественных наук, а уже выше­упомянутый В.М. Розин настаивает на обратном, полагая, что "замысел построить психологию по образцу естествен­ной науки не удался"3 и психологию следует считать гума­нитарной дисциплиной. По сей день актуально звучат сло­ва Л.С. Выготского, сказанные более чем 70 лет назад: "По­строение единой психологии на почве старых психологиче­ских допущений невозможно. Самый фундамент психоло­гии должен быть перестроен."4 Но вопреки тому, что по| указанным выше причинам психология никогда не сможет выйти из кризисного состояния, научные поиски не обесце­ниваются, а, скорее, напротив, стимулируются требованием согласования огромного массива эмпирических данных и интеграции различных теоретических подходов. Колос­сальный объем экспериментального материала, множество локальных теоретических подходов делает нецелесообраз­ным дальнейшую дифференциацию психологического зна-

'Розин В.М. Психология и культурное развитие человека. М., 1994. С. 3.

2 Агафонов А.Ю. К вопросу о составе психического. Тезисы междуна­
родной конференции "Проблемы интеграции академической и практи­
ческой психологии". Самара, 1999. С. 108.

3 Розин В.М. Указанное сочинение. С. 53.

4 Выготский Л.С. Развитие высших психических функций. М., 1960. С.
481.

22

I U ^ II. 1. ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЕДИНИЦЫ АНАЛИЗА В ПСИХОЛОГИИ

История выбора единиц анализа психич! "Дефицит теоретического единства становится аднее..."1 - отмечает Л.М. Веккер. В настоящее время, ■шкогда, обнаруживается необходимость разработки тсихологической теории, способной объединить зщиеся фрагменты знания в единую картину психиче-жизни человека. Парадоксальность нынешнего поло­ня в современной психологии состоит в том, что, с од-стороны, все больше и больше придается важность по­ению синтетической теории, способной нести в себе )й объяснительный потенциал, который позволил бы цептуально соединить положения различных теорий, с эй стороны, создание такой теории не может быть ос-.кдено от субъективизма, от авторских пристрастий ее ателя. Интересно то, что даже в отдельных областях/ пологий царит идеологическая разобщенность. Так, на-лер, А.В. Либин, высказывая сожаление относительно эгласованности позиций, которые в настоящее время деляют состояние дифференциальной психологии, за-"...все большее значение приобретает на современ-этапе концентрация усилий исследовательской мысли 1ути концептуальной интеграции сложившихся к на-ищему времени подходов"2. Хотя это для большинства ых является очевидным, "несокрушимая сила субъек-шх авторских предпочтений" не позволяет сколь-либо ественно продвинуться на пути возможной интеграции. Как уже было сказано, важнейшие положения теории эдимы из базовых представлений (в некотором смысле горных) о единице анализа психического. Любая пси­хическая теория, моделируя психическую реальность, *ожет быть абстрагирована от анализа того базового лента теоретической конструкции, который является в

кер Л.М. Психика и реальность: Единая теория психических про-

эв. М., 1998. С. 16.

,5ин А.В. Дифференциальная психология: на пересечении европей-

Я, российской и американской традиций. М., 1999. С. 19.

23

^ ЧАСТЬ 1. ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЕДИНИЦЫ АНАЛИЗА В ПСИХОЛОГИИ

История выбора единиц анализа психического составе самой теории формализацией знания о фундамен­тальном, базальном, определяющем специфику психиче­ского, начале. Логика теоретического построения, рекон­струирующая логику психической деятельности, отправля­ясь от определения единицы анализа психического, с необ­ходимостью должна разворачиваться в направлении пони­мания материала, структуры и функций психического, не­зависимо от того, что признается за единицу анализа. Из истории психологии хорошо известно, что за единицу ана­лиза принимались или элементы психического опыта, то есть то, из чего, собственно, состоит психический мир че­ловека. Тогда анализ психической деятельности (а чаще всего речь шла о сознательном опыте) рассматривался в своем содержательном аспекте. Или же в качестве опреде­ляющей феноменологию психического выступала струк­тура, способ организации между психическими элемента­ми. В этом случае описание и анализ проводился с позиций организации психического содержания, то есть, акцентиро­вался формальный аспект. Или же природа психического выводилась из имманентно присущей психике активности, и тогда продукты психической деятельности расценивались как эффекты реализованных функций. В последнем случае критериальным атрибутом человеческой психики считалась акция, акт, или, в широком смысле слова, действие, вне реализации которого психическая жизнь невозможна. При этом психическая организация описыЁалась со своей функ-; циональной стороны. За всю историю психологии единица / анализа не выступала в содержательно - структурно -функциональном триединстве. То есть, единица анализа никогда не рассматривалась одновременно и как материал, из которого строится психический процесс, и как элемен­тарная психическая форма, и как элементарная функция. И, надо отметить, что это не свидетельство однобокости под­ходов, а, в первую очередь, проявление тех методологиче­ских ограничений, которые делают принципиально невоз-

^ ЧАСТЬ 1. ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЕДИНИЦЫ АНАЛИЗА В ПСИХОЛОГИИ

История выбора единиц анализа психического можным видеть за единицей анализа материал, структуру и Функцию одновременно.

Исторические корни проблемы определения единицы анализа психики несомненно следует искать в недрах i руктурной школы психологии. И не только потому, что юты В. Вундта способствовали оформлению психологии i мостоятельную научную дисциплину, но, в первую оче-|., по причине понимания представителями интроспек-цнонизма специфики предмета психологии и, в связи с ним, методов экспериментального исследования. Согласно I Вундту, предметом психологической науки, которую он 6 вполне адекватно собственным идеологическим воззре-Иям назвал "физиологической психологией", должен стать ^посредственный опыт". То есть, начальным пунктом вучного психологического анализа является элементар-i состав сознания. Поскольку представителями структу-ШЛизма психика отождествлялась с сознанием, элементы ■нания провозглашались исходной единицей анализа Ьихического. Единственным пригодным для этих целей |тодом изучения был признан интроспективный анализ. |есмотря на то, что в экспериментах, проводимых в Ин­ги 1 уте экспериментальной психологии в г. Лейпциге, ис-Ьльзовались процедуры, заимствованные из эксперимен-Щьной практики физиологии, Вундт, а в дальнейшем и и гченер, считали, что кроме самонаблюдения никакой [ругой метод не может быть использован в психологии, так !К "непосредственный опыт" открыт только носителю §знания и только в том случае, если он не зависит от мне-мм самого испытуемого во время интроспективного экспе-■мента. В противном случае, если испытуемый сообщает о ^оем переживании или восприятии, или же выносит суж-|ние о содержании сознания, то речь может идти только I опосредованном опыте, то есть о том знании, которое ■яется следствием накопления полученной в ходе жизни |формации. Но не такое знание, по мнению пионера экс-


24

25

^ ЧАСТЬ 1. ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЕДИНИЦЫ АНАЛИЗА В ПСИХОЛОГИ

История выбора единиц анализа психического периментальной психологии, должно стать предметом изу­чения. Из чего на самом деле состоит сознание? - вот ос­новной вопрос, на который должна ответить психология. На основании такого подхода к определению базовой за­дачи психологической науки, Вундт определил три важ­нейших исследовательских цели:

  1. описание основных элементарных составляющих созна­
    ния;

  2. определение характера связей между элементами созна­
    ния. (То есть, установление способа организации элементов
    в структуре непосредственного опыта.);

  3. установление принципов, согласно которым определяет­
    ся этот способ организации. Или, иначе говоря, раскрытие
    механизмов, обеспечивающих соединение элементов.

То, что "внутренняя перцепция" не позволяет обнару­жить атомарный состав сознания, стало понятным уже во времена существования вундтовской лаборатории экспе­риментальной психологии. Протоколы интроспективных анализов были противоречивы, с трудом могли быть согла­сованы между собой, что, в свою очередь, делало невоз­можным стандартизацию результатов. Маловероятно, что Вундт именно на основе экспериментальных исследований пришел к заключению о том, что ощущения и чувства яв­ляются исходным материалом сознания. Скорее всего, та­кой вывод явился результатом его отвлеченных рассужде­ний, а в интроспективных отчетах он "искал подтверждение своей позиции. Видя за ощущениями и чувствами простей­шие компоненты сознания, первичные образующие опыта, Вундт полагал, что ощущения и чувства не просто присут­ствуют в поле сознания в каждый момент времени, но и являются взаимоотнесенными. Так, каждому ощущению соответствует определенное чувство. В подходе Вундта к анализу состава сознания явственно обнажилось противо­речие, которое не могло быть разрешено в силу базовых посылок интроспекционизма. Суть этого противоречия

^ ЧАСТЬ 1. ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЕДИНИЦЫ АНАЛИЗА В ПСИХОЛОГИИ

История выбора единиц анализа психического

гояла в том, что, с одной стороны, психология была

призвана выявить элементы сознания в рафинированном

ie, с другой стороны, сами эти элементы в "непосредст-

юнном опыте" не существуют изолированно, обособленно

\ г от друга. Благодаря "творческому синтезу", элементы

мания организованы в сложное целое, имеющее свое ка-

1ество. "Характеристики любого сложного психического

ения не сводятся к сумме характеристик, его состав-

мющих." (В. Вундт, 1896). Тем самым, непосредственный

опыт сознания не может быть описан на языке свойств

ощущений (интенсивность, длительность, модальность) и

увств (удовольствие - неудовольствие, напряжение - рас-

ММбление, возбуждение - успокоение), так как наличное

ъчержание сознания представляет собой синтез, интегра-

u и > этих элементов, а не их механическое сочетание. В

внцепции Вундта механизмом организации опыта служит

Оля - ничем не детерминированная способность человека,

|Вечающая за установление взаимосвязей между элемен-

.iMii. Посредством "творческого синтеза" воля соединяет

|ементы в сложно структурированную целостность, кото-

I атрибутируется иначе, чем элементы этого целого. Хо-

I испытуемому в эксперименте именно эта целостность

Одержания сознания и открывается, он должен был сооб-

|ггь исключительно о свойствах самих элементов, которые

Иаче как в составе целого не даны.

Ставя основную задачу для психологии - изучение

КТОмарного состава сознания с помощью расчленения в

Вде интроспективного анализа непосредственного опыта,

i и не считал возможным изучение таких форм психиче-

Кой деятельности, как память, мышление, воля, будучи

§еренным, что с помощью самонаблюдения эти процессы

■учать не представляется возможным.

Разочарование в потенциальных возможностях струк-|уралистского направления, и, прежде всего, недоверие к ■проспективному методу повлияли на значительное паде-


26

27

^ ЧАСТЬ 1. ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЕДИНИЦЫ АНАЛИЗА В ПСИХОЛОГИИ

История выбора единиц анализа психического ние интереса к теории Вундта. Среди немногих сторонни­ков взглядов Вундта можно выделить Э. Титченера, кото­рый остался убежденным приверженцем идей структура­лизма и, можно сказать, довел интроспективную психоло­гию до своего логического завершения, которое впоследст­вии оценивалось как логический тупик структурализма.

Титченер, вполне в духе вундтовской традиции, пред­метом психологии считает "непосредственный опыт". В от­личие от своего предшественника, Титченер дифференци­ровал понятия "сознание" и "разум", считая, что сознание -есть сумма тех переживаний, которые актуализированы в текущий момент времени, а разум - это сумма переживаний, накопленных с течением времени. Титченер, пожалуй, был еще более категоричен, чем Вундт относительно значения и целей психологии. Он был убежден в том, что психология есть "чистая наука", и психолога не должны волновать во-' просы прикладного характера, как то: воспитание, обуче­ние, психологическая помощь, оптимизация общественных отношений. Психология должна единственно изучать соз­нательные процессы в их содержательном аспекте и уста­навливать законы, согласно которым происходит объеди-| нение составляющих сознания в единое целое. Тремя ос­новными элементами структуры сознания Титченер считал: ощущения, образы и эмоциональные состояния; никаких других элементов в сознании нет. В ответ на предложение Вюрцбургской школы считать мысль самостоятельным, психическим образованием, не редуцируемым к трем пере­численным элементам, Титченер пытается обосновать: свою, так называемую "контекстную теорию значения" Согласно этой теории, само значение возникает как множе-1 ство ощущений. Последние, в свою очередь, явлены в соз-| нании в момент взаимодействия с реальными объектами. Иллюзию того, что в сознании имеется значение, как нечто] внесенсорное, Титченер объяснял тем, что испытуемые в1 процессе эксперимента совершали "ошибку стимула", ко-

'I \<ТЬ I. ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЕДИНИЦЫ АНАЛИЗА It IK ИХО ЮГИИ

^ История выбора единиц анализа психического края заключалась в том, что в самоотчете смешива ШСЬ

I различных содержания опыта, а именно: содержание •Оцесса восприятия объекта и влияние самого объекта. Ошибка стимула" имеет место тогда, когда сознание ис-

Ггуемого поглощено воздействующим объектом, поэтому Г испытуемых требовалось описывать свои переживания

I языке осознанного восприятия, а не на языке предмет-
i.i \ значений. Если при восприятии цветка испытуемый

»щает о форме, цвете, запахе, а не о том, какой предмет i in щит, значит он свидетельствует об истинном содержа-Л актуального сознания. Тем самым, значение, как про-Т мышления, иначе как в сенсорном контексте не возни-.м. Следовательно, само значение выводимо из первич->лементов сенсорного опыта. Случаи (которые, надо Мать, были весьма многочисленны), когда при решении (Геллектуальных задач испытуемые не способны были мшружить сенсорный контекст, Титченер склонен был Няснять недостаточным уровнем развития у испытуемых ■собности к интроспекции. Поэтому совершенствованию Проспективного эксперимента Титченер придавал боль-Be значение, считая, что только тренированные испытуе-.к- могут быть источником достоверного знания о собы-1ях, происходящих в сознании. Он писал: "наблюдение Уразумевает наличие двух моментов: внимание к явле-ик) и регистрацию явления. Внимание необходимо под-ррживать на максимально возможном уровне концентра-

I1 м регистрация должна быть фотографически точной.
(кое наблюдение представляет собой тяжелую и утоми-
гльную работу, а интроспекция, в целом, оказывается

Ьуднее и утомительней наблюдения внешних событий."1 спытуемые, по мнению Титченера, должны обладать хо-|»шим физическим здоровьем, быть лишенными житейских

[ит. по: Шульц Д.П, Шульц С.Э. История современной психологии. 5., 1998. С. 134.


28

29

^ ЧАСТЬ 1. ПРОБЛЕМА ОПРЕДЕЛЕНИЯ ЕДИНИЦЫ АНАЛИЗА В ПСИХОЛОГИИ

История выбора единиц анализа психического забот, с тем, чтобы ничто не могло отвлекать их от утоми­тельного занятия интроспективным анализом1. Надо заме­тить, что еще критики Вундта полагали, что длительный эксперимент с самонаблюдением вызывает у его участни­ков психические нарушения2 (Титченер, 1921).

Идеи структурной школы психологии после Титчене-ра не получили своего развития. Даже сами классики ин-троспекционизма во многом отмежевались от своих преж­них взглядов. Известно, что Вундт в последние годы жизни занялся культурно - исторической психологией, написав десятитомный труд "Психология народов", больше не воз­вращаясь к экспериментальному исследованию сознания. А Титченер даже начал подвергать сомнению сам термин "структурная психология", называя в 20-е годы свою систе­му "экзистенциальной психологией". Святая святых струк­турного подхода - интроспективный метод, Титченер пред­почел феноменологическому анализу. Тем самым, попытка разбиения сознания на элементы оказалась безуспешной даже с позиций самих представителей структурализма. Да и сама проблематика структурализма, исходя из логики раз­вития науки, расценивалась как вчерашний день психоло­гии.

Очевидные недостатки теоретической системы струк­турализма никоим образом не умаляют достоинств этой школы психологии. Думается, что одним из важнейших методологических вопросов, поставленных апологетами структурализма, был вопрос о характере материала психи­ческого. Важно не то, как решался этот вопрос, а сам фаю его постановки и стремление экспериментальным методом! изучить состав психики. Хотя обычно считается, что пред-1 ставители структурализма не внесли сколь-либо весомы? вклад в развитие научных знаний ("...ни одно из положений

'Цит. по: Шульц Д.П, Шульц С.Э. Указанное сочинение. С. 134. Щит. по: Шульц Д.П, Шульц С.Э. Указанное сочинение. С. 95.

30


hudeem-v-dva-scheta-faleev-aleksej-valentinovich-stranica-13.html
hudik-va-psihologiya-anomalnogo-razvitiya-lichnosti-v-detskom-hrestomatiya.html
hudozhestvennaya-deyatelnost-kak-sredstvo-razvitiya-kreativnosti-mishleniya-detej-s-ogranichennimi-vozmozhnostyami.html
hudozhestvennaya-i-literaturnaya-sobstvennost-otchet-komissii-po-pravam-na-intellektualnuyu-sobstvennost-london-2003-g.html
hudozhestvennaya-kommunikaciya-aya-kommunikaciya-i-ne-bilo-nuzhdi-v-ritoricheskih-uhishreniyah-kak-i-v-srednie-veka-kogda.html
hudozhestvennaya-kultura-i-poznavatelnij-turizm-grecii-chast-2.html
  • report.largereferat.info/gospodstvasho-polozhenie-v-publikuvanata-versiya-na-tova-reshenie-nyakoi-ot-dannite-sa-zalicheni-v-sotvetstvie-s-chl.html
  • learn.largereferat.info/gl-a-v-a-iii-zhizn-veniamina-franklina-avtobiografiya.html
  • obrazovanie.largereferat.info/programma-disciplini-monitoring-gosudarstvennih-i-municipalnih-zakazov-audit-i-ocenka-effektivnosti-dlya-specialnosti-080504-65-gosudarstvennoe-i-municipalnoe-upravlenie-podgotovki-specialista.html
  • notebook.largereferat.info/ispolzovanie-speckontingenta-v-sozdanii-i-narashivanii-ekonomicheskogo-potenciala-kuzbassa-v-konce-1920-h-vtoroj-polovine-1950-h-gg-stranica-3.html
  • exam.largereferat.info/vselennaya-bez-singulyarnostej-chast-8.html
  • composition.largereferat.info/polimya.html
  • reading.largereferat.info/korporativnie-cennie-bumagi-s-ssilkami-na-istochniki-postranichno-ochen-vazhno-soblyudat-redakciyu-zakonovot-kakogo-chisla-i-kogda-izmenen-ili-otredaktirovanreferat-stranic-na-20-25.html
  • urok.largereferat.info/postanovlenie-ot-18-03-2013-2444-ob-utverzhdenii-polozheniya-ob-osushestvlenii-otraslevimi-funkcionalnimi-i-territorialnimi-organami-merii-goroda-novosibirska-meropriyatij.html
  • exchangerate.largereferat.info/ispolnitel-obyazuetsya-okazat-uslugi-okazanie-uslug-po-organizacii-gastrolej-truppi-ekaterinburgskogo-teatra-operi.html
  • laboratornaya.largereferat.info/razdel-vii-samostoyatelnaya-rabota-uchebno-metodicheskij-kompleks-podgotovlen-temnovim-a-v-starshim-prepodavatelem.html
  • uchebnik.largereferat.info/uroki-nespeshnogo-obsheniya-uroki-otvazhnogo-13.html
  • grade.largereferat.info/muzej-dlya-prezidenta-gosduma-rf-monitoring-smi-22-24.html
  • ucheba.largereferat.info/prikaz-45-p-32-ot-30-08-2008-g-soglasovano-nachalnik-otdela-obrazovaniya-administracii-municipalnogo-rajona-yanaulskij-rajon-rb-harisov-f-f.html
  • control.largereferat.info/d-v-davidova-tebe-pevcu-tebe-geroyu.html
  • institut.largereferat.info/tema33-uchet-raschetov-po-nedostacham-2-osnovi-professionalnoj-etiki-buhgaltera-123-tema-obshie-trebovaniya-etiki.html
  • teacher.largereferat.info/glava-15-znachenie-grecheskogo-mifa-dlya-nauchno-tehnicheskoj-epohi-v-n-porus-perevod-s-nemeckogo.html
  • literature.largereferat.info/blm-beru-badarlamasi-mamandii-5b090500-leumettk-zhmis.html
  • shpargalka.largereferat.info/vasilij-lanovoj-narodnij-artist-sssr-prezident-festivalya-alie-parusa.html
  • write.largereferat.info/glava-2-utochneniya-tihoplavi-akademiya-samopoznaniya-tropa-troya-nova.html
  • essay.largereferat.info/carica-severnih-lesov-i-eyo-podrugi-lesnaya-gostinaya-posvyashyonnaya-dnyu-rabotnikov-lesa-19-sentyabrya.html
  • control.largereferat.info/byudzhet-ukrani-aktualn-problemi-chast-10.html
  • literatura.largereferat.info/sosedskaya-devochka-nastya-stelmah-5-let-uvidela-fotografiyu-moego-dedushki-v-oblichii-svyashennosluzhitelya-i-sprashivaet-dyadya-gera-a-chto-vash-dedushka-rabotaet-iisus.html
  • laboratornaya.largereferat.info/rasskazi-scenki-nabroski-stranica-17.html
  • tests.largereferat.info/li-yakokka-stranica-13.html
  • school.largereferat.info/glava-ii-samoidentifikaciya-preodolenie-provincializma-posvyashayu-moej-materi-hudozhnice-lyudmile-skubko-karpas.html
  • report.largereferat.info/gvardejskie-minometi-vihodyat-v-pole-dialektika-esteticheskogo-kak-teoriya-chuvstvennogo-poznaniya.html
  • uchitel.largereferat.info/rabochaya-uchebnaya-programma-po-discipline-osnovi-restorannogo-dela.html
  • lektsiya.largereferat.info/primernaya-programma-po-biologii-dlya-postupayushih-na-fakultet-fizicheskoj-kulturi-i.html
  • uchitel.largereferat.info/razdel-i4-obrazci-form-i-dokumentov-dlya-zapolneniya-uchastnikami-konkurs-3-razdel-priglashenie-k-uchastiyu-v-otkritom-konkurse.html
  • klass.largereferat.info/auildi-eld-mekenderge-zhmis-steu-zhne-tru-shn-kelgen-densauli-satau-blm-beru-leumettk-amsizdandiru-mdeniet-sport-zhne-agronerksptk-keshen-salasindai-mamandara-leumettk-oldau-sharalarin-sinu.html
  • books.largereferat.info/diagnostika-obsheniya-doshkolnikov.html
  • nauka.largereferat.info/uchebno-metodicheskij-kompleks-dlya-specialnostej-030501-yurisprudenciya-080105-finansi-i-kredit-stranica-12.html
  • report.largereferat.info/kniga-prishla-na-rus-vmeste-s-hristianstvom-na-protyazhenii-mnogih-vekov-v-drevnej-rusi-slovo-vosprinimalos-kak-nositel-premudrosti-bozhiej-a-kniga-kak-istochnik-slova.html
  • thesis.largereferat.info/programma-kursa-tehnologiya-osnovnaya-obrazovatelnaya-programma-nachalnogo-obshego-obrazovaniya-na-period-2010-2015-godi.html
  • lecture.largereferat.info/4-vne-idej-b-f-porshnev-borba-za-trogloditov.html
  • © LargeReferat.info
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.